В Сеченовском Университете изучили влияние эмоций на течение разных болезней

Сталкиваясь с болезнью, психика выстраивает защиту, которая помогает снизить физическое или психологическое и адаптироваться в новой ситуации. Но «защита» может и навредить – заставить пациента игнорировать предписания врача и ухудшить прогноз выздоровления. Исследователи Сеченовского Университета выяснили, когда эмоции

фото: СОЗДАНО С ПОМОЩЬЮ НЕЙРОСЕТИ Chat.qwen.ai/Ольга Пономарева

У людей, столкнувшихся с серьезными заболеваниями, например, раком или тяжелой травмой позвоночника, часто возникают трудности с контролем своих эмоций. Чаще, чем здоровые, они склонны зацикливаться на негативных переживаниях, возвращаться к ним снова и снова (в психологии это называют «руминация», от лат. ruminatio – пережевывание, повторение). В других случаях пациентам становится сложно распознавать свои и чужие эмоциичувства, они испытывают беспомощность перед собственными переживаниями, то есть возникают «трудности ментализации».

Доцент кафедры возрастной психологии факультета психологии МГУ имени М.В. Ломоносова Татьяна Садовникова, принимавшая участие в исследовании Сеченовского Университета, отмечает, что сложность совладания с эмоциями во многом зависит от возраста пациента. Самым благоприятным в плане управления чувствами оказался период с 36 до 42 лет – в это время люди были меньше всего склонны «пережевывать» негативные эмоциисовсем юных и пожилых пациентов.

«Это можно объяснить тем, что у людей среднего возраста, с одной стороны, есть опыт преодоления трудностей, с другой – Вера в то, что организм еще достаточно молод, чтобы справиться с болезнью. А у пожилых людей тяжелая болезнь сама по себе подрывает ресурс, а негативные эмоцииговорит доцент кафедры педагогики и медицинской психологии Сеченовского Университета Кира Сердакова.

При этом у здоровых участников способность справляться со своими эмоциями имела линейную взаимосвязь с возрастными аспектами: чем старше был человек, тем легче он справлялся со своими эмоциями.

другой фактор риска – отсутствие работы. Пациенткам с онкогинекологическими  заболеваниями было гораздо сложнее справиться со своими эмоциями, если они не были трудоустроены. «Возможно, «застревание» на негативных эмоциях было вызвано тем, что у неработающих женщин было больше свободного времени и меньше возможности отвлечься. Кроме того, наличие работы может говорить о том, что в жизни человека есть более широкий круг областей, важных для него, у неработающих же людей такой круг часто сужен», – поясняет доцент кафедры педагогики и медицинской психологии Сеченовского Университета Александра Васина. 

травма страшнее рака

Сравнив две группы – с онкогинекологическими заболеваниями и травмами позвоночника и конечностей, которые сильно ограничивали физическую активность и требовали резкого изменения привычного образа жизни, ученые установили, что пациентам с травмами справиться с эмоциями, в среднем, оказывается тяжелее, чем пациентам с онкодиагнозом. Ученые объясняют это тем, что пациенты с травмами сталкиваются с сильной травма может серьезно ограничить их подвижность, способности, компетенции, важные в профессиональной жизни, в отношениях с близкими. Это вызывает сразу бурю эмоций и перевешивает даже страх смерти, который возникает у людей, заболевших раком. При онкологическом диагнозе человек не сразу лишается привычного образа жизни: как правило, есть период до наступления осложнений, когда пациент может относительно постепенно адаптироваться к диагнозу, осознать старые и найти новые смыслы, совместно с доктором построить план дальнейшей борьбы с болезнью – все это помогает более успешно справиться со своими чувствами. 

Сравнив пациентов-мужчин и пациентов-женщин, исследователи выяснили, что у мужчин чаще возникают трудности с пониманием собственных и чужих эмоций. «Мужчине бывает сложно назвать свои ощущения, а значит, прожить эмоциинапример, гендерными особенностями воспитания («мальчики не плачут»). Известно, что эмоциональность присуща как женщинам, так и мужчинам. Однако, при воспитании мальчиков выражение некоторых чувств часто ограничивается, тогда как другие чувства, например, злость, гнев, считаются более допустимыми» – говорит Татьяна Садовникова.

Все это может повлиять на общее работы Сеченовского Университета Мария Киселева.

Опасное избегание

По словам Киселевой, особенно опасна такая защитная реакция психики, как избегание. Она может выражаться в отрицании самой болезни, ее опасности, эмоций, которые человек испытывает по ее поводу. Как показало исследование, чаще в отрицание уходят люди, которых госпитализировали повторно – они не желают сталкиваться с реальностью, в которой борьба с болезнью оказалась недостаточно успешной. «Избегание, с одной стороны, отчасти гасит страх и помогает оппосредованный/оппосредующий взаимодействие человека с внешним миром»>психике

защититься от шока, а с другой – вера в то, что все не так уж и страшно, подстегивает не соблюдать предписанное лечение», – поясняет эксперт. В результате прогноз развития людей с истерическими расстройствами, показало другое исследование ученых Сеченовского Университета. Такие расстройства выявили почти у трети госпитализированных пациентов с лейкозом, лимфомой и другими онкогематологическими заболеваниями.

При истерическом расстройстве у пациентов отмечается эмоциональная нестабильность, раздражительность, плаксивость, часто наблюдается отречённым отношением к происходящему вокруг»>апатия либо бурные эмоциональные реакции. Пациент склонен драматизировать, постоянно требует внимания со стороны персонала и близких – а стоит тому ослабнуть, как он начинает провоцировать окружающих и жаловаться на усиливающиеся боли и ощущения, тошнота, доходящая даже до гной»>рвоты, онемение кожи, зуд, судорога, спазмы в конечностях, головная боль, затрудненное дыхание, ощущение лопания «пузырьков» в различных областях тела и другие. Некоторые участники исследования даже «копировали» признак — один отдельный признак болезней других людей, например, соседа по палате. 

Иногда специалисты сталкиваются с жалобами онкопациентов на неопределенные ощущения, такие как чувства «разрыва» в груди, «жжения» в животе или «онемения» конечностей и другие. Как правило, такие частое проявление какого-либо заболевания не связаны с проявлениями болезни или побочными эффектами от лекарств, что помогает врачам и специалистам в области психического здоровья, сопровождающим пациентов, вовремя выявить психосоматические, в том числе и истерические, расстройства.

Пациенты с истерическими симптомами часто отказываются от уже начатой заболевания . Такие пациенты ведут себя непоследовательно: с одной стороны, демонстративно и пренебрежительно относятся к лечению, утверждают, что готовы принять любой исход работоспособности»>заболевания и сознательно игнорируют врачебные рекомендации, а с другой – постоянно тревожатся за свое состояние, штудируют специальную литературу и ищут эффективное снятие или устранение симптомов и проявлений того или иного заболевания»>лечение, которое, по их мнению, было бы лучше, чем уже назначенное им.  Кроме того, пациенты с истерическими расстройствами легко внушаемы: они поддаются как тревожным ожиданиям, так и позитивным установкам со стороны окружающих. А значит, что вместо того чтобы слушать врача, они могут руководствоваться советами кого угодно, вплоть до соседей.

Исследователи убеждены, что лечащим врачам нужно при необходимости привлекать психотерапевта или психиатра к работе с пациентами. В легких ситуациях эффект могут принести техники когнитивно-поведенческой психотерапия, основанная на осознанности. Но про выраженных тревожно-депрессивных симптомах могут понадобиться психофармакологические препараты.

Источник