Эксперт обозначил трудности выхода из Ормузского тупика: настоящий кошмар

Западные аналитики задумались: даже если США и Иран наконец (и пока непонятно, когда это случится) заключат пресловутую «сделку», что будет дальше? С открытием Ормузского пролива вряд ли сразу же прекратится энергетический кризис, цены упадут, биржевые индексы поползут вверх и мировая Экономика воспрянет. Ближневосточный регион и вместе с ним остальной мир еще долго будут выбираться из «ормузского тупика». Об этом рассуждает доктор юридических наук, заслуженный юрист России, заведующий кафедрой международного права РГСУ профессор Юрий Жданов.

© Xinhua/ZUMAPRESS.com/Global Look Press

– Юрий Николаевич, почему западные эксперты без особого энтузиазма воспринимают обещания президента США Дональда Трампа о скором мире с Ираном и, следовательно, открытии Ормузского пролива?

– Дело даже не в том, что к обещаниям Трампа уже сложно относиться с доверием. Он то объявляет мир или перемирие, то сам же этот процесс и нарушает. То вступает в переговоры, то выходит из них. Поди разберись. И, как видим, мира пока не наблюдается.

Но речь о другом. О гипотетически возможном открытии Ормузского пролива аналитики говорят не то, чтобы без энтузиазма – этого события все желают, а без эйфории. Потому что сразу возникает вопрос: что произойдет дальше?

Эксперты CNN считают: «Как только пролив действительно откроется, нас ждет настоящий логистический кошмар».

– Понятно, образовалась «пробка» из танкеров и прочих судов. И что же в этой связи предлагается?

– Действительно, от этой «пробки» надо как-то избавиться. По словам Мэтта Смита, ведущего аналитика по нефти в отслеживающей товарные потоки и суда платформе Kpler, необходимо освободить место для примерно 166 танкеров, застрявших в Персидском заливе, которые перевозят около 170 миллионов баррелей нефти. Это позволит пустым танкерам войти в пролив, загрузиться и отправиться обратно. Пустые суда сначала будут забирать нефть из заполненных хранилищ — потому что производителям больше некуда ее девать.

Это займет много времени, поскольку танкеры движутся примерно со скоростью велосипедиста. Виктория Грабенвегер, старший аналитик нефтяного рынка в той же компании Kpler, считает, что возвращение к полной пропускной способности танкерных перевозок может занять до трех месяцев.

– То есть, предстоит искусственное сокращение запасов?

– А куда деваться? Впрочем, нефтеперерабатывающие заводы прагматично подошли к вопросу хранения и никогда не заполняли свои емкости полностью. Это должно сократить время, необходимое для перезапуска насосов. Однако, несмотря на то, что запасы будут выше обычных, это все равно задержит восстановление добычи нефти до полной мощности.

– Возобновление нефтедобычи начнется сразу, как только опустеют резервуары?

– Не сразу. На время войны нефтяные скважины на Ближнем Востоке почти остановлены. Возобновление добычи — это не просто щелчок выключателя. Это сложная инженерная задача, требующая трудозатрат в несколько недель.

Добычу будут возобновлять постепенно, чтобы предотвратить обрушение месторождений нефти. Это потребует повторного бурения и существенного ремонта. Необходимо восстановить баланс воды и газа, закачиваемых в скважины, что тоже является непростой задачей. Поскольку скважины в регионе большие и расположены близко друг к другу, возобновление добычи потребует значительной координации между компаниями и странами для обеспечения стабильного давления закачиваемой воды и газа на нескольких скважинах. Предстоит восстановить добычу нефти в огромных объемах: по данным вышеупомянутой компании Kpler, на Ближнем Востоке приостановлена добыча 12 миллионов баррелей сырой нефти в сутки и 3 миллионов баррелей нефтепродуктов, в основном в Саудовской Аравии и Ираке. Повторюсь, это очень сложная задача.

– Наверняка еще потребуются ремонтные и восстановительные работы?

– Безусловно. В ходе войны пострадали многие нефтеперерабатывающие заводы, предприятия по добыче природного газа и некоторые нефтедобывающие компании. По словам представителей нефтяных компаний, ремонт поврежденной критически важной инфраструктуры может занять годы.

Но это при обязательном условии, что война закончилась и в проливе больше не будет никаких нарушений.

– Даже если Ормузский пролив откроют, спешить восстанавливать инфраструктуру не будут?

– никто не хочет рисковать – зачем несколько раз восстанавливать порушенное? лучше дождаться окончательного мира. CNN напоминает, что последние несколько месяцев были полны многочисленных ложных обещаний мира, что заставляло трейдеров поддерживать высокие цены на нефть. Так,18 апреля Иран согласился вновь открыть пролив, но спустя несколько часов установил, что Соединенные Штаты и Израиль нарушили свою часть соглашения, и снова начал обстреливать суда, пытавшиеся пройти через него.

Нефтетрейдеры будут следить за развитием ситуации в течение следующих нескольких недель и месяцев, чтобы понять, действительно ли Иран готов отказаться от закрытия пролива. Если да, то прекратит ли Иран взимать пошлины с судов, проходящих через него? Продолжит ли американская администрация блокаду иранской нефти или уступит требованию Ирана о снятии блокады как предпосылке для мира?

В свою очередь, судоходные компании должны быть уверены в том, что смогут безопасно проводить свои суда через пролив. В прошлый раз, когда пролив (очень ненадолго) открылся, корабли бросились выходить, но тут же развернулись, получив известие о том, что проход через Ормуз опять стал небезопасным.

Страховые компании взвинтили цены на морское страхование на тысячи процентных пунктов, и, возможно, они не захотят предлагать доступное страхование, пока ситуация остается нестабильной.

Иран угрожал заминировать пролив и ранее давал указания судам проходить по установленному маршруту — и только при наличии разрешения. суда могут не захотеть брать на себя такой риск.

– Как поведут себя  цены на нефть и газ?

– Трейдеры несколько раз пытались протестировать новый нижний предел для нефти, но с середины марта цена не опускалась ниже 94 долларов за баррель. В конце мая фьючерсы на нефть марки Brent закрылись на отметке чуть выше 100 долларов за баррель, и если трейдеры оптимистично настроены в отношении мирного урегулирования, они могут попытаться протестировать нижние пределы.

Аналитики JPMorgan, ожидающие открытия пролива в начале июня (блажен, кто верует), прогнозируют, что средняя цена на нефть составит 97 долларов за баррель до конца года. Майкл Грин, главный стратег Simplify Asset Management, напомнил: «Исторически сложилось так, что для того, чтобы бензин стоил 3 доллара за галлон, цена на нефть марки Brent опускалась до 60 долларов. В настоящее время фьючерсный Рынок не ожидает этого до 2032 года».

Истинамир и чем больше будет свидетельств возобновления добычи, тем ниже могут быть цены на нефть. Единственные страны, для кого эта Истина

Источник