Россияне стали реже банкротиться: почему должникам отказывают в списании кредитов

В России наметился необычный тренд: граждане впервые за время действия института банкротства стали реже обращаться в суд за списанием долгов. Еще недавно количество таких дел ежегодно увеличивалось, теперь статистика развернулась в другую сторону. Означает ли это, что россияне стали меньше занимать и научились самостоятельно справляться с кредитами? Или банкротство перестало быть доступным выходом из долговой ямы? «МК» искал ответы вместе с экспертами.

Фото: Лилия Шарловская

Согласно данным Федресурса, в июле–сентябре 2026 года суды признали банкротами 125,1 тыс. граждан — на 13,1% меньше, чем за аналогичный период прошлого года. За девять месяцев показатель составил 402,5 тыс., сократившись на 0,3% в годовом выражении. Замедление было заметно еще весной: если в первом квартале прирост составлял 13,6%, то во втором — уже 0,9%.

При этом говорить об исчезновении долговой проблемы явно преждевременно. Почти все судебные процедуры по-прежнему инициируют сами граждане — на их заявления приходится 94,4% дел. Одновременно в 2,4 раза выросло число утвержденных планов реструктуризации задолженности — до 4660 за девять месяцев. Это означает, что некоторым должникам удается договориться о выплатах без полного списания долгов. Правда, пока такой вариант остается редкостью.

Сегодня избавиться от непосильных обязательств можно через суд или бесплатно, обратившись в МФЦ. Однако внесудебная процедура доступна только при соблюдении установленных законом условий. Общая сумма долга должна составлять от 25 тыс. до 1 млн рублей. Кроме того, гражданин должен относиться к одной из предусмотренных категорий: например, иметь завершенное исполнительное производство из-за отсутствия имущества для взыскания либо соответствовать специальным условиям для пенсионеров и получателей детских пособий.

Судебное банкротство сложнее: проверяются доходы, имущество и сделки должника. И даже признание человека банкротом не гарантирует освобождения от всех обязательств. Не списываются, в частности, алименты, компенсации вреда жизни и здоровью, некоторые долги перед работниками, а также обязательства, возникшие вследствие недобросовестных действий. Поэтому банкротство нельзя рассматривать как универсальный способ избавиться от любых финансовых проблем.

Завершение же процедуры не означает, что человек навсегда лишается возможности занимать деньги. Закон не устанавливает обязательного периода ожидания перед обращением в банк. Но в течение пяти лет гражданин обязан сообщать о своем банкротстве при оформлении кредитов и займов.

«Срок отсчитывается не от даты признания человека банкротом, а от завершения реализации имущества. Разрешение брать кредиты не означает, что банк обязан одобрить заявку: он оценивает доход, долговую нагрузку и кредитную историю», — объясняет Владимир Кузнецов, вице-президент Ассоциации юристов в сфере ликвидации и банкротства.

По словам эксперта, рассчитывать на мгновенное восстановление кредитной истории тоже не стоит. Сведения о прежних просрочках и банкротстве сохраняются в ней. Каждая запись о кредитной сделке хранится семь лет с момента последнего изменения. Поэтому перед новой заявкой стоит запросить кредитный отчет и проверить, правильно ли отражено прекращение списанных обязательств.

Адвокат Оксана Грикевич предупреждает: попытка скрыть банкротство от банка может обернуться куда более серьезными последствиями, чем отказ в кредите.

«Если человек снова не справится с платежами и попадет в суд, ему могут отказать в списании новых долгов. Закон предусматривает такое последствие, если при получении кредита должник сообщил заведомо ложные сведения. Суды могут расценить как обман и умолчание о предыдущем банкротстве».

По наблюдениям адвоката, в первые год-два крупные банки чаще отказывают бывшим банкротам. Если заем и одобряют, то нередко на менее выгодных условиях — с залогом, поручителем или повышенной ставкой. МФО могут оказаться доступнее, но дорогие микрозаймы способны быстро вернуть человека в прежнюю долговую кабалу.

Марьяна Битуева, руководитель юротдела «Кешоков, Битуева и партнеры», оценивает перспективы банкротов на получение новых займов осторожно: в первые 12 месяцев шансы на одобрение кредита близки к нулю. Банки чаще начинают рассматривать заявки через 6–18 месяцев, а более устойчивые возможности получить заем появляются лишь спустя два-три года. При этом лимиты могут быть ниже, а ставки — выше обычных.

При этом банкротство не означает запрета на обычную работу, получение зарплаты или владение долей в компании. Однако управлять организациями некоторое время бывший должник не сможет. В течение трех лет ему закрыты руководящие должности в обычных компаниях, пяти лет — в страховых организациях, НПФ и микрофинансовых компаниях, десяти лет — в банках.

Есть и другое ограничение: повторно самостоятельно инициировать судебное банкротство можно только через пять лет. Если за это время процедуру начнет кредитор, рассчитывать на повторное списание долгов по общему правилу не получится.

«Новый кредит стоит брать только тогда, когда человек понимает, из какого источника будет его погашать. Надежда на то, что задолженность вскоре удастся снова списать, опасна», — предупреждает Владимир Кузнецов.

При этом после завершения банкротства прекращаются ограничения, действовавшие непосредственно во время процедуры: финансовый управляющий больше не распоряжается счетами и имуществом гражданина. Если суд ограничивал выезд за границу, такой запрет также снимается.

Таким образом, снижение числа банкротств пока не означает, что россияне избавились от долговых проблем. Скорее, меняются способы их решения: часть граждан пытается договориться с кредиторами и реструктурировать задолженность. А тем, кто все-таки выбирает путь банкротства, важно помнить: списание долгов помогает начать финансовую жизнь заново, но не отменяет последствий собственных обязательств.

Источник