В главном зимнем саду страны появились необычные растения

До сих пор мало кто знает, что в Кремле есть настоящие тропики. Зимний сад Государственного Кремлевского дворца, куда редко ступает нога простого посетителя, почти не отличается от джунглей. И недавно «тропический рай» Кремля пережил кардинальное обновление. Одними из первых, кто увидел «малый ботанический сад», стали корреспонденты «МК».

Фикус Бенджамина на фоне Верхоспасского собора. фото: Наталия Губернаторова

тестовый баннер под заглавное изображение

Зимний сад существует с самого открытия Государственного Кремлевского дворца в 1961 году. И хотя уже с того далекого времени он являлся своего рода жемчужиной главного концертного зала страны, его коллекция не была в достаточной мере упорядоченной. Обновление началось после принятия решения о ремонте и преобразовании экспозиции.

Еще в 2006 году здесь были почти полностью заменены зеленые обитатели. Да и само помещение претерпело реконструкцию. После капитального ремонта сад открылся только в 2022-м. Впрочем, преображаться он продолжает до сих пор. сейчас в нем более 500 экзотических растений.

Итак, от самого входа начинается длинная каскадная галерея. Она завершается красивым практически круглым залом с элегантным современным фонтаном. У входа нас встречает эффектный скульптурный дуэт: два мажордома в стилизованных под старину треуголках, камзолах и кюлотах. Улыбчивые старички в париках, с жезлами, увенчанными цветочными букетами, как бы приглашают зрителей на небольшую экологическую экскурсию. сразу за стеклянной дверью еще два «привратника» — высокие лировидные фикусы. Они выбраны неслучайно: кому-то их большие листья напоминают лиры, кому-то — флейту или альт. Растения задают тон, подчеркивая музыкальную атмосферу сада. Музыка, кстати, и на самом деле здесь звучит, а еще слышны голоса птиц. Специалисты считают, что такая атмосфера идет на пользу не только посетителям, но и растениям.

Андрей Асерьянц «Капитолийская волчица». фото: Наталия Губернаторова

Лировидные фикусы, старожилы ГКД, за время пребывания здесь выросли почти до потолка. Впрочем, двигаемся дальше. Вскоре обращают на себя внимание две новинки — кротоны, они же кодиеумы. Несмотря на близкое родство, растения заметно отличаются друг от друга. Кротон Мамми Бранч, он справа, — с зелеными листьями и разноцветной каймой, ее цвет колеблется от желтого до пурпурного. Его отличительная особенность — способность растить листья из листьев, то есть «повзрослевшие» листья, по сути, выполняют функцию веток.

У кротона Миссис Айстон — разноцветная листва, цвет прожилок колеблется от красного и оранжевого до желтого с зеленым. Теплые цвета преобладают. По словам садовника Елены Безгодовой, «потеплела» Миссис Айстон уже на новом месте.

Дальше — нежные гибискусы и еще один новичок зимнего сада, пахистахис. Название переводится с греческого как «толстый колос» — именно его напоминают довольно крупные желтые соцветия этого растения.

С недавних пор постоянными обитателями этого зала стали и скульптуры, символизирующие времена года. фото: Наталия Губернаторова

Финальную часть первой галереи по праву можно назвать белой, хотя пока она практически полностью зеленая. Но это до поры до времени. Потому что главные достопримечательности этой части сада — две большие муррайи (название дано в честь описавшего этот род вечнозеленых кустарников или деревьев семейства рутовых шведского биолога Джеймса Мюррея). Цветки у муррайи маленькие и белые, источают очень сильный, но ненавязчивый аромат жасмина с нотками лимонника. Существует легенда, что японские императоры постоянно держали такие деревья при себе за их способность сохранять долголетие. Согласно ей первую муррайю привезли в Японию с Гималаев и поставили у постели умирающего императора. Глава государства не только выжил, но и продолжал еще много лет править в полном здравии. Кстати, современные фитотерапевты согласны с тем, что <span class="wp-tooltip" title="Форма ощущений Обусловлен действием летучих пахучих веществ на рецепторы слизистой оболочки носовой полости Особое качество запаха обусловлено наличием в молекуле раздражителя особых атомных группировок (эфирной фенольной а цветов растения оказывает благотворное влияние на различные системы человеческого организма. Так что, проходя мимо этого чуда в ГКД, пожалуй, стоит задержаться возле него подольше.

У противоположной стены — два новых фикуса Бенджамина. Их особенность ствол, точнее, три ствола, которые переплетаются, образуя своего рода подобие вытянутой вверх клетки. Между фикусами расположилась кинетическая скульптура известного московского художника Андрея Асерьянца «Капитолийская волчица». Когда запускают гидравлический механизм, под действием воды она оживает. Подобных скульптур в саду несколько. одна из них, расположенная неподалеку, «Дали в дали», — прямая аллюзия к творчеству знаменитого художника. При запуске скульптуры в чреве слона (он явно напоминает фантастического слоника с картины «Сон, вызванный полетом пчелы вокруг граната, за секунду до пробуждения») открывается двустворчатое окно, из которого выглядывает хорошо узнаваемое лицо, Сальвадора Дали разумеется.

Территория кактусов. фото: Наталия Губернаторова

Ступенька вниз — и мы оказываемся в царстве кактусов. Родственники этих уроженцев тропиков и субтропиков произрастают во многих регионах Азии, Африки и Америки, прежде всего Латинской. Практически все они периодически цветут, но один вызывает особенный Интерес. В летний период он похож на серый засохший кокос или на огромную шишку. Это его способ переносить жару и засуху; ближе к зиме растение позеленеет и даст побеги.

Следующий элемент садового каскада — территория бонсай. Напротив же Аглая душистая — большое дерево, считающееся парфюмерным. Впрочем, для изготовления духов используют главным образом его цветки — маленькие, желтые, размером с рисовые зерна. Дерево очень популярно в Китае.

И вот, наконец, финал путешествия — зал с фонтаном. По понятным причинам это самое влажное место экспозиции, что особенно по вкусу фикусу баньян, отличительная особенность которого — способность пускать корни прямо из ствола. Поэтому баньяны — растения с самой разветвленной кроной, часть которой, по сути, составляют корни. правда, московский баньян пока еще довольно скромен в размерах, что, впрочем, не означает, что со временем он не станет самым большим растением зимнего сада.

Двухчастная акцентная стена, завершающая экспозицию, покрыта мхом, оленьим ягелем. Он, мягко говоря, не совсем живой — стабилизированный: влагу из растения откачали, заменив ее глицерином с натуральным зеленым красителем, после чего «посадили» мох на стены. В результате получились два живописных панно.

С недавних пор постоянными обитателями этого зала стали и скульптуры, символизирующие времена года, — у каждой свой цвет одежды и свои музыкальные инструменты. Весна — кларнет, гобой и свирель, Лето — гитара и флейты, Зима — тромбон, труба и туба, Осень — скрипка, альт и виолончель. Скульптуры изготовлены по эскизам заслуженного деятеля искусств России художника Григория Белова.

В общем, кремлевские тропики — место по-своему уникальное. И если вам посчастливилось попасть сюда, не пожалейте лишнего часа, чтобы заблудиться в необычных джунглях в самом центре Москвы.

Источник