Фото у Трампов, советы с Гором: зачем глава АП Узбекистана прилетала во Флориду

В начале недели, 6 апреля, старшая дочь президента Узбекистана Шавката Мирзиёева Саида опубликовала в сети свою фотографию из резиденции Дональда Трампа Мар-а-Лаго, на которой присутствуют, в частности, и дочь президента США Тиффани с супругом.

фото: commons.wikimedia/World Trade Organization/Creative Commons Attribution-Share Alike 2.0

тестовый баннер под заглавное изображение

Разумеется, фотосессия не была целью визита Мирзиёевой в резиденцию Трампов. Там прошла ее встреча в качестве главы АП президента Узбекистана со спецпредставителем президента США по Южной и Центральной Азии Серджио Гором, на которой обсуждались вопросы экономического сотрудничества.

Как сообщали центральноазиатские  СМИ, позже уже в Вашингтоне  был дан официальный старт работе Американо-узбекского делового и инвестиционного совета. Мирзиёева и Гор были представлены как его сопредседатели. В релизе, который цитировали СМИ, подчеркивалось, что визит «происходил на фоне активизации диалога между Ташкентом и Вашингтоном». Гор при этом опубликовал пост, в котором сообщил, что презентация совета знаменует собой «кульминацию невероятного прогресса в сотрудничестве между странами». 

По стечению обстоятельств примерно а те же дни одного из колумнистов Washington Post заинтересовала проблема, которую он сформулировал так: «Подобно тому, как исход президентских выборов в США зависит от нескольких "колеблющихся" штатов, новая группа евразийских средних держав становится определяющим фактором в соперничестве великих держав — России, Китая и Соединенных Штатов. К этим государствам относятся Армения, Азербайджан, Венгрия, Казахстан, Монголия, Пакистан, Турция и Узбекистан».

О том, что в этих новостях следует отнести к ярким фигурам речи, а что к описанию реального положения дел, «МК» спросил у заведующего отделом Института стран СНГ Владимира Евсеева.

— В какой момент это сближение может, так сказать, пойти вразрез с интересами России? Или начать действовать против отношений между Москвой и Ташкентом…

— Представители Центральной Азии как бы исходят из того, что если, например, Дональд Трамп пойдёт на крупные Инвестиции — это один разговор. Но американцы очень много всего обещают и, как правило, за этими обещаниями мало что следует. Это уже другой разговор. Но возможно и появление  каких-то вполне одиозных проектов как, например, «коридор Трампа» в Закавказье.

В Центральной Азии что-то такое появиться, конечно, тоже может. Это может быть связано, например, с Афганистаном. Американцы очень хотят продлить железную дорогу, которая есть, из Узбекистана в Мазари-Шариф, в сторону Пакистана. Но сейчас всё упирается в то, что афгано-пакистанский конфликт становится перманентным. То перемирие, которое было, прошло. Но желание американцев, идея понятны — они хотели бы обойти Иран.  

Вот такого рода проекты, или какие-то другие, там вполне могут быть. думаю, что проекты, которые будут предлагаться, будут связаны, скорее всего, с активностью Узбекистан в Афганистане. другой вопрос, что как многие считают, за обострением, которое началось, стоит Трамп. Ввиду того, что у Трампа есть серьёзное влияние на руководство Пакистана, считается, что именно он провоцирует это обострение, в том числе для того, чтобы ограничить транзит грузов через Афганистан в Иран.

С этой точки зрения реализация любого рода проектов на территории Афганистана, в том числе с участием Узбекистана, сейчас является не очень эффективной, или далеко не рентабельной. Во всяком случае, до нормализации отношений двух стран, хотя  Афганистан и Пакистан в принципе не могут  их нормализовать. 

Я думаю, что изначально предполагалось задействование Афганистана и какие-то проекты, в первую очередь, на его территории. То есть как бы расширить своё влияние в Афганистане через Узбекистан. Но так изначально было, а во что всё это сейчас выльется? 

Были и разговоры про какие-то крупные Инвестиции, которые так и не были предоставлены. С американской стороны было очень много всяких обещаний, за которыми, как правило, мало что следует. Так и при Трампе было, и  до него. Но сейчас еще и ситуация изменилась

Когда военный бюджет США увеличивается в полтора раза до полутора триллионов долларов, когда американцы влезают в войну с Ираном с непонятным выходом, получается, формально, что сейчас им и не до Украины, и не до Узбекистана или Казахстана. Поэтому я думаю, ввиду того, что до этого Мирзиёев проявлял Интерес к США, теперь он, может быть, хочет напомнить им о себе. И попутно пытается, вероятно, получить какие-то Инвестиции, технологии…

— В Вашингтоне теперь именно об инвестициях речь и шла, судя по сообщениям.

— думаю, приблизительно так и было. Но больше обратить внимание, потому что они понимают, что Интерес США к Центральной Азии будет ослабевать. Это очевидно совершенно. Расти он быть не может, и во что всё это выльется, никто не знает. 

Почему стали беспокоиться лидеры Центральной Азии, в частности Мирзиёев? Потому что одновременно с США всё большую активность проявляет Китай. Он сейчас активно продвигает свой формат взаимодействия, который уже  институализирован, и узбеки понимают, что сейчас, если они не будут пытаться как-то балансировать, они могут оказаться под влиянием Китая. 

И я думаю, что это попытка поиска некого баланса. Смотрят на Россию, но она очень сильно занята СВО, и потом у нее условно  хорошие отношения с Китаем. То есть получается, что она балансом быть не может в том плане, каком хотелось бы. Они хотят быть независимыми, играть на противоречиях. Поэтому я думаю, что весь Интерес у них в том, чтобы попробовать каким-то образом использовать США для балансирования Китая. Но, конечно, не  России.

другой вопрос, что то, что американцы как бы пытаются сделать, не ясно, как будет продвигаться. Я  Центральной Азией занимаюсь достаточно плотно порядка двадцати лет и вижу, то  американцы всегда пытались что-то делать там в военно-политической сфере, но в экономику они как бы здесь особо не влезали. Да, в Казахстане  как-то там вошли, но в принципе, они вкладывать серьезные Инвестиции не хотели.

Трамп пообещал Инвестиции увеличить. Но сейчас не очень понятно, за счёт чего это будет сделано. У них  сейчас проблемы с бюджетом, 500 млрд. где-то брать надо. Непонятно, что делать и как гасить вот эту бензинную ситуацию. И я не думаю, что сейчас они могут пойти на какие-то крупные Инвестиции в Узбекистан. И не вижу мотива серьёзного для этого.

Но, тем не менее, вот эти действия Узбекистана, может быть, какой-то проект и продвинут. Так, примерно: смотрите, у России же есть проект по АЭС, у Китая есть железная дорога, а вы? Мы же хотим с вами дружить, вы же не хотите, чтобы мы были под китайцами? думаю, расклад вот такой может быть. 

И если бы тут было что-то антироссийское, были бы какие-то действия. Но Узбекистан является наблюдателем в ЕАЭС и не собирается выходить. Он работает в структурах СНГ. И насколько я знаю, Узбекистан, данная ситуация вполне устраивает. Предоставляемыми возможностями он пользуется. Кроме того,  между Мирзиёевым и Путиным очень хорошие личные отношения. Поэтому я не думаю, что он пойдёт на обострение отношений с Россией. Тут же могут возникнуть и вопросы, например, и трудовых мигрантов.  

То есть я всё-таки предполагаю, что этот визит, если уж на то пошло, имеет потенциал всё-таки больше антикитайский, чем антироссийский. Ну, то есть даже и не антикитайский, речь о поиске баланса. Я  бы так это расценил.

Источник