Дочь заслуженного строителя заявила о хищении почти 30 миллионов долларов у своего отца

Дочь заслуженного строителя Сергея Володина обвинила родного брата в хищении имущества отца почти на 30 миллионов долларов. Ключевые документы были оформлены, когда ее пожилой отец находился в тяжелом состоянии в московской больнице. И заверил их все тот же нотариус Александр Федорченко, имя которого на слуху в связи со сделками при сомнительных обстоятельствах. А после того как дочь строителя обратилась в СК и придала ситуацию огласке, пожилого мужчину внезапно вывезли из дома, где он жил, а спорное имущество срочно переоформили.

Сергей Володин фото: Из личного архива

Сергей Володин — в Туапсе человек известный. В публикациях местной прессы он упоминался как депутат Совета Туапсинского района, советник директора ООО «Трест-2» и Заслуженный строитель России.

В строительстве он проработал более сорока лет: с его участием возводились жилые дома в Туапсе, объекты здравниц «Смена», «Геолог Ямала», «Орбита», нефтезаправочные комплексы в Туапсе и Новомихайловском и другие производственные объекты.

Местные журналисты отмечали и его благотворительность — помощь многодетным семьям, инвалидам, малоимущим и людям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации.

На этом фоне заявление его дочери Елены Володиной выглядит особенно резким: по ее версии, 75-летний человек, который десятилетиями строил город и район, в итоге сам лишился контроля над собственными активами, а затем его увезли из Подмосковья в Туапсе после ее обращения в правоохранительные органы.

Ключевой документ в этой истории — доверенность на распоряжение счетами, оформленная от имени тяжелобольного человека, находившегося в реанимации, и удостоверенная московским нотариусом Александром Федорченко. имя этого «заверителя» не раз фигурировало в резонансных делах о спорных сделках с имуществом пожилых и больных людей.

Речь о событиях 2019 года. В конце февраля Сергей Володин был госпитализирован в столичную больницу в тяжелом состоянии. Незадолго до этого, как утверждает его дочь, здоровье мужчины резко ухудшилось.

20 марта 2019 года нотариус Александр Федорченко удостоверил от имени Сергея Володина доверенность на распоряжение счетами в банке. документ был подписан не самим пациентом, а неким рукоприкладчиком.

При этом доверенность составлена так, будто Сергей Владимирович полноценно участвовал в нотариальном действии. В тексте, который имеется в распоряжении редакции, указано, что содержание документа «прочитано им лично», «проверено им лично», полномочия ему понятны, а документ соответствует его волеизъявлению.

Там же указано, что нотариус проверил дееспособность доверителя и что доверенность подписана рукоприкладчиком по просьбе Володина — в связи с состоянием здоровья.

Однако медицинские документы, на которые ссылается дочь строителя, указывают на совсем другую картину. Сергей Володин находился в тяжелом состоянии под наблюдением реаниматологов: врачи фиксировали необходимость специального ухода, дыхательной поддержки и ограниченную способность пациента к полноценному контакту.

Елена Володина попросила следствие проверить: мог ли человек в таком состоянии (и со специальной трубкой в горле!) самостоятельно продиктовать нотариусу сложнейшую банковскую доверенность, прочитать ее вслух, понять юридические последствия и осознанно передать сыну Право распоряжаться счетами, вкладами, банковскими картами, сейфами, валютными операциями и другими активами.

Из заявления Володиной следует, что уже на следующий день, 21 марта, со счетов строителя, находящегося в больнице, было списано почти 20 миллионов долларов США. деньги, как утверждает заявительница, поступили на счет его сына Константина и в тот же день были сняты.

Позже, 4 апреля и 11 июня 2019 года, у того же нотариуса были оформлены еще две доверенности от имени Сергея Володина — уже на распоряжение имуществом. После этого, как заявляет дочь, часть активов отца была переоформлена на ее брата.

Речь идет о долях в компаниях, земельных участках, жилых домах и других объектах в Московской области и Краснодарском крае.

Общая стоимость этого имущества, по оценке заявительницы, составляет не менее 10 миллионов долларов.

По словам Елены Володиной, брат убедил ее оформить переход прав собственности якобы «для сохранности» имущества до выздоровления отца. женщина доверяла родственнику и считала, что действует в интересах семьи.

Позже, как следует из заявления, она узнала, что никакой воли отца ни на выдачу доверенностей, ни на Отчужде имущества не было, а сама, по ее словам, оказалась использована как инструмент в схеме. Сергея Володина выписали из больницы, но сын Константин за это время лишь пару раз приезжал к отцу, так ничего не вернув ему.

Как рассказала «МК» Елена Володина, последние семь лет ее отец жил в Одинцовском районе. За ним постоянно присматривали сиделки, с которыми дочь, проживающая за границей, поддерживала связь. Недавно Елена в очередной раз приезжала в Москву к отцу, а заодно пыталась разобраться в обстоятельствах потери отцом имущества и поговорить с братом.

По словам женщины, после этого Константин воспринял в штыки тему с имуществом отца, которое получил от него по мнимым доверенностям. Елена подала заявление в столичное ГСУ СК и решила придать ситуацию огласке. О деле написали СМИ.

Параллельно, будучи в Москве, дочь организовала экспертное исследование состояния отца. Специалисты («МК» ознакомился с экспертным заключением) пришли к выводу, что пожилой человек имеет серьезные проблемы со здоровьем, в том числе с ориентацией и пониманием происходящего. В частности, Сергей Володин может не понимать, где находится и какое сейчас время года.

После того как заявление было подано в СК, ситуация сразу обострилась.

На днях Елена не смогла дозвониться до сиделки (содержание отца было на ней, в том числе оплата услуг по уходу) и услышать отца. Позже, утверждает собеседница, ей стало известно, что Константин приехал к отцу и вывез его вместе с вещами.

«Изначально, я не могла ни до кого дозвониться, связалась с соседями и мне сказали, что какие-то неизвестные приехали к дому и увезли моего отца вместе с вещами. Я тут же стала звонить брату, его жене. Последняя сказала мне, что находится за пределами Москвы и ничего не знает. Тогда я позвонила своему адвокату. Как выяснилось, папу увезли на вокзал, и мой представитель успел туда приехать. Он застал брата и его супругу, ту самую, которая якобы не в Москве, на перроне Казанского вокзала — они не пустили его в вагон, где был мой отец», — рассказала Елена Володина.

Сергея Володина доставили на вокзал и посадили в поезд, следовавший до Туапсе, несмотря на состояние здоровья и очевидные противопоказания к такому переезду. По словам представителя Елены, такой экстренный переезд подверг пожилого человека с ментальными расстройствами огромному стрессу.

Как на месте пояснил проводник, пожилой пассажир находился на месте, согласно билету. При этом, сам проводник с Сергеем Владимировичем не разговаривал: при проверке документов, по словам работника поезда, Володин молчал.

Что касается Константина Володина и его супруги, то они прояснить ситуацию корреспонденту «МК» отказались. И категорически запретили задавать вопросы Сергею Володину.

Тем временем, по данным Елены Володиной, уже после начала публичного конфликта Константин начал производить сделки с имуществом, которое ранее принадлежало их отцу. Как утверждает заявительница, недвижимость была переоформлена через договоры купли-продажи и дарения на родственников Константина, в том числе на его супругу и тещу.

Эти сделки Елена считает фиктивными и направленными на вывод имущества в связи со спорной ситуацией и из-под возможных обеспечительных мер. В заявлении среди возможных участников схемы указывается, в том числе, московский нотариус Александр Федорченко.

Представитель заявительницы адвокат Александр Зорин сообщил «МК», что считает нотариальные действия совершенными с грубыми нарушениями.

«В доверенности написано, что Сергей Владимирович якобы лично прочитал документ, понял его содержание и выразил волю.

Но медицинские документы, на которые мы ссылаемся, описывают человека в тяжелом состоянии, под наблюдением реаниматологов, с ограниченной способностью к полноценному контакту и необходимостью специального ухода.

фото в реанимации сделано в день подписания доверенности фото: Из личного архива

Мы считаем, что нотариальное действие фактически легализовало вывод многомиллионных активов. Поэтому настаиваем не только на возбуждении уголовного дела, но и на аресте всего отчужденного имущества до завершения проверки и расследования», — заявил адвокат.

имя нотариуса Александра Федорченко уже не впервые появляется в историях, связанных с имуществом пожилых и уязвимых людей.

Ранее «МК» подробно рассказывал о деле генерал-полковника Николая Кизюна — ветерана, которому на Параде Победы жал руку президент России. После смерти сына к 97-летнему Кизюну пришли родственники и нотариус Федорченко. Пенсионер подписал документы, которые, как позже выяснилось, были отказом от наследства. Камеры в квартире зафиксировали, что документ ветерану, по версии защиты, не зачитывали, а его самого торопили и убеждали, что речь идет о «последней воле» его сына.

Еще одна линия — истории пожилых москвичек и участника «Битвы экстрасенсов» Якова Шнеерсона. «МК» писал о Валентине Жаровой, бывшей сотруднице МИДа, которая после знакомства со Шнеерсоном и оформления документов у нотариуса Федорченко лишилась квартиры в центре Москвы и загородной недвижимости. женщина умерла, не дождавшись развязки.

Позже имя Шнеерсона появилось уже в уголовном деле о мошенничестве. Как сообщал «МК», участнику телешоу избирали меру пресечения в виде домашнего ареста по делу о квартире пенсионерки Юлии Горбаневой. В этой истории также фигурировала связка договоров ренты, последующих сделок и нотариального оформления документов.

В марте 2026 года по одному из дел следователи проводили обыски в квартире и на рабочем месте Александра Федорченко. При этом, по данным Московской городской нотариальной палаты, он по-прежнему числится действующим нотариусом Москвы

Теперь к длинному списку может добавиться история Сергея Володина с доверенностью из реанимации и рукоприкладчиком, вывозом пожилого человека из Подмосковья в Туапсе и выводом активов, стоимость которых заявительница оценивает почти в 30 миллионов долларов.

Источник